Ставропольский Суворов

Давно отгрохотали роковые  залпы «Авроры», но из памяти ставропольцев  вырваны целые страницы истории родного города, чьи улицы, и по  сей день, носят имена палачей, потопивших  в крови мирную столицу  хлебосольной  губернии.

А на  нашей главной площади  продолжает торчать   каменное изваяние цареубийцы,  нравоучительно указывающего  путь в  серое   коммунистическое прошлое. Да вот только   не всегда так было, и  ещё столетие назад подвигами степных  сыновей гордилась и славилась  вся  православная Россия от мала до велика.

Примером истинно беззаветного служения воинскому долгу и  Отечеству является наш земляк – Михаил  Архипович  Фостиков.    Будущий генерал-лейтенант –  уроженец станицы Баталпашинской –  родился 25 августа 1886 года в семье  вахмистра и вёл свой род  от служивых дворян. Недавний воспитанник  ставропольского реального  училища выбрал профессию офицера, и  после окончания Александровского  военного учебного заведения, в звании хорунжего  был направлен  в 1-й Лабинский полк Кубанского казачьего войска. В 1911 году  его  производят в сотники. Весной 1915 года Фостикова переводят на Персидский фронт командиром  3-й сотни Ставропольского полка. За  беспримерное мужество молодой офицер досрочно становится   подъесаулом (1915 г.), есаулом (1917 г.), войсковым старшиной (1917г.), затем  полковником (1918г.),  генерал-майором (1918г.)  и, наконец,  генерал-лейтенантом (1919 г). Он – кавалер всех офицерских орденов до Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом включительно и Георгиевских крестов 3-й и 4-й степеней. Михаил Архипович  получил десять ранений и более пяти  контузий.
Участвуя в  персидской Шахсевенской экспедиции, Фостиков сумел вывести  из окружения  80 казаков  через  единственное ещё не занятое врагом ущелье. Ночью, в кромешной тьме, подвязав травой копыта лошадям  и обмотав шашки, что бы они не стучали о стремена, он первым отправляется  по узкой и опасной тропе и вместе со всем отрядом благополучно избегает неминуемой гибели. А утром, пополнив боезапас и дождавшись подкрепления, отважный  сотник уже берёт штурмом  неприятельскую крепость Киранда.
Немногим позже,  бесстрашный подъесаул в составе 4-го Сводно-Кубанского полка, насчитывающий всего 668 бойцов,   совершает  70-ти вёрстный ночной переход под Рабат-Кярим (селение в  50-ти километрах от Тегерана) и, находясь  во главе  своего подразделения,  прямо с марша  бросается в атаку  на двухтысячный отряд шахских отборных жандармов, усиленный немецкими наёмниками.  Умело маневрируя лавой,  командир грамотно  чередует  пешую цепь,  рассыпной строй  и   конный фланговый удар, обращая неприятеля в  позорное бегство.
В тяжёлые зимние месяцы войны 1914 года, 1-й Лабинский полк, увязнув по пояс в снегу,  ведёт   ожесточённые бои  с турками за Клыч-Гяодунский перевал. Промокнув до нитки, и, находясь под перекрёстным огнём противника, казаки всё-таки покоряют горные террасы и сбрасывают супостата  в пропасть, но  лютый мороз и сильный ветер  становятся опаснее врага. Как впоследствии вспоминал  Михаил Архипович, многие тогда  спаслись лишь благодаря  рому и коньяку – подарку  колонистов из  местечка Еленсдорф.
С начала 1915 года в Кубанском казачьем Войске  в составе сотен началось формирование  особых  разведгрупп – своего рода казачьего спецназа –  умеющих вести прицельный огонь, как  с седла, так  и  в пешем строю, а так же мастерски владеющих пикой, шашкой и кинжалом. Слушателей курсов учат на глаз  определять точное расстояние до объекта, читать топографическую карту,  развивать наблюдательность (описывать качество дорог, состояние мостов и переправ, определять число проходящих мимо  людей)   читать следы и т.д.   Вскоре, как докладывал начальник 6-го пограничного округа генерал-лейтенант Орлов,  3-я сотня Фостикова признаётся лучшей по всем дисциплинам, и  к концу 1916 года,  молодой подъесаул ставится во главе  Кубанского отряда особого назначения.
Октябрьский переворот застаёт  боевого офицера в столице. К тому времени он уже перешёл на старший курс  Николаевской Военной Академии. Жить в Петрограде и видеть  как ежедневно большевики расстреливают сотни ни в чём не повинных граждан полковник Фостиков  уже не мог и вскоре он отправляется   в Ставрополь. Но и сюда докатился террор: пришлые   с Балтики матросы  горно-морского  батальона  во главе с товарищем Яшкиным  устраивают  горожанам  «кровавую баню».   И тогда  Михаил Архипович в качестве рядового бойца принимает участие в июньском  восстании  (26.06.1918г. по старому стилю), организованному полковником Павлом Ртищевым. Всего на борьбу против   комиссаров   поднимается 270 человек. В основном, это  представители офицерства и учащейся молодёжи, по большей части гимназисты. Вооружённые пистолетами и охотничьими ружьями немногочисленные группы повстанцев терпят поражение, а половину от их общего  числа казнят  прилюдно.
Скрываясь от преследователей,  Фостиков собирает казачий отряд и вместе  с войсками полковника Шкуро принимает участие в освобождении Ставрополя, наголову разбивая  части   красного изувера Фомы Шпака.  Уже в окрестностях города он встречает кровавые следы комиссаров. Впоследствии он вспоминал: «14 августа вошли в станицу Сенгилеевскую. За время пребывания там большевиков они натворили массу бед, всё было разграблено до кухонной посуды, женщины и девушки изнасилованы. В церкви устроили гульбище и разврат, сгоняя туда днём и ночью женщин. По словам местного священника, на кобылице в церкви, надев на обоих облачение, водили его вокруг амвона, поливая из ведра водой. В станице, где сохраняли в цистернах дождевую воду как питьевую, цистерны были забиты трупами людей и животных».
В феврале 1919 года храбрый военачальник окружает  штаб 11-й большевистской армии и  берёт в плен командира карательного отряда Ивана Кочубея, недавно потопившего в крови  антибольшевистское выступление крестьян в Медвеженском уезде Ставропольской губернии. 20 мая барон Врангель отмечает в своей телеграмме: «Блестящей атакой кубанцев под начальством полк. Фостикова разбита и рассеяна конница Думенко. Вновь ходатайствую о производстве полк. Фостикова, уже представленного за атаку под Великокняжеской, в Ген. майоры».   А  девятого  сентября под Царицыным, имея всего 1500 шашек, он бросается на 10-ти тысячную  армаду красных и на голову разбивает неприятеля. «Смелым и Бог помогает!» –  часто говаривал Михаил Архипович. За четыре дня жестоких сражений (с 9 по 13 сентября 1919 г.)  в  его рядах  не погиб ни один казак, но  сам генерал не сумел  уберечься от пули, и был четырежды ранен. И последнее из них – самое тяжёлое. Находясь на лечении, он успевает обвенчаться  с сестрой  милосердия – вчерашней выпускницей гимназии –  и снова возвращается в строй.
Весной 1920 года, пользуясь численным превосходством, большевики занимают Кубань  и Ростов. Отступающие  разрозненные группы казаков пытаются найти спасение в труднодоступных  ущельях Карачая. Однако горцы,  пользуясь безнаказанностью и тяжёлым положением офицеров, предательски убивают  их и  обкрадывают труппы.
Обосновавшись в станице Бекешевкой, Фостиков собирает в единый кулак скрывающихся в лесах казаков и формирует из них боеспособные подразделения. В первом отряде, положившем начало  1-му Хоперскому полку, на тот момент насчитывалось    всего 98 человек.  Из Верхнетебердинского аула генерал связывается с предгорными станицами, посылает воззвания вглубь Кубанской области и провозглашает борьбу за Учредительное собрание, твердую власть на местах, прекращение насилия, искоренение грабежей. Весь горный район (станицы Кардоникская, Зеленчукская, Сторожевая и Преградная) находился  под  его властью. На местах выбираются атаманы и  назначаются коменданты. Под  знамя борьбы за свободную Россию  постепенно собирается пятитысячное казачье войско.
Большевики, узнав о повстанцах,  арестовывают всё семейство Фостиковых: его бабку, отца, сестру с шестью детьми и ещё нескольких родственников.   На ультимативное требование сдаться верный присяге офицер  отвечает отказом. В тот же день, коммунисты зверски казнят всех заложников.  Эта печальное известие пришло к генералу тремя днями позже, когда  23 июля 1918 года  восставшие освободили станицу Передовую, захватив   22 пулемёта и 10 орудий. Потери красных составили  600 человек убитыми и 300 раненными, а 1200 бойцов попали в плен. В той жестокой сече у казаков погибло  6 человек.
Используя транспортные возможности  Армавиро-Туапсинской железной дороги,  противник начинает   стягивать серьёзные силы для нанесения ответного контрудара: четыре пехотные дивизии, многочисленные конные соединения, полк  курсантов, семнадцать орудий, пять броневиков и даже несколько аэропланов.  Красные не жалели ни снарядов ни патронов, в частях же повстанцев положение с боеприпасами было очень тяжёлое и кое-где оставалось по 10-15 патронов на бойца. В такой ситуации командир решает пройти  через горы в Грузию, для последующей эвакуации в Крым, с тем, что бы уже в рядах армии Врангеля продолжить борьбу с большевизмом.
Отражая по пути следования атаки  преследовавших его отрядов, он  покоряет  перевал  по левую сторону реки Бзыбь и  оказывается  на территории «независимой Абхазии», откуда посылает сообщение генералу Врангелю с просьбой об отправлении судов. Однако грузинские власти всячески препятствуют свободному проходу войск, и  в то же время, ведут тайные переговоры с коммунистами о выдаче не только самого  отряда, но и  мирных беженцев. За голову генерала комиссары  обещают местным властям 10 миллионов рублей и последние принимают условия красных. Именно с этой целью они частично разоружают казаков, оставив офицерам только личное оружие,  и расставляют вокруг них посты, одновременно  пропуская на свою территорию части  и соединения красной армии.
Несмотря на это, бойцы Фостикова  не допускают неприятеля к морю и успешно  отражают его многочисленные  атаки. Благодаря вовремя высланным из Крыма кораблям с оружием и решительным действиям казаков,  удаётся молниеносно разоружить грузинскую стражу, и под прикрытием огня организованно разместить на судах  весь пятитысячный контингент вместе с беженцами.
Туманным утром 8-го  октября 1920 года караван из нескольких транспортов и подводной лодки «Утка», шедшей в  боевом охранении, благополучно достигает  берегов Феодосии. Сложная  операция была проведена настолько умело, что  никто серьёзно не пострадал, если не считать двух легко раненных бойцов.  Отмечая боевые заслуги М.А. Фостикова, барон Врангель произвёл его в чин генерал-лейтенанта и наградил орденом  Св. Николая Чудотворца 2-й степени.
После выхода из Крыма все перевезенные на остров Лемнос Кубанские части сводятся в один Кубанский казачий корпус под начало тридцатипятилетнего генерал-лейтенанта. Затем войска  переправляются в Сербию, а Михаил Архипович,  сдав командование, остаётся в Белграде со своей семьёй.  Он умер 29 июля 1966 г., прожив долгую,  озарённую подвигами  жизнь.

комментария 4 на “Ставропольский Суворов”

  1. Гнездилов Сергей пишет:

    Спасибо тебе Иван Иванович за то, что ты пишешь такие вот рассказы.С интересом прочитал,это настолько живопрепещющая тема — история города, края.Люди (если они люди)должны знать историю,своих героев. У меня деды и прадеды все принимали в этих событиях активное участие. Я хорошо помню бабушкины рассказы обо всём этом.Ещё в советские времена я говорил, что был бы на стороне белого движения, родись я в то время.

  2. admin пишет:

    Спасибо большое, Сергей, за добрые слова.

  3. ННаталья пишет:

    C большим интересом прочитала этот рассказ. Недавно узнала, что мой прадед Лазарев Иван Стефанович служил в 1-ом Лабинском полку,Георгиевский Кавалер, награждён Георг. медалью. В Гражданскую войну выступал на стороне белых.Теперь стараюсь «охватить» как можно больше таких познавательных, очень нужных материалов. Наталья Лазарева.

  4. admin пишет:

    Спасибо Вам, Наталья, за внимание. Есть у меня ещё один рассказ — «Знак». Он тоже посвящён ставропольским героям белого движения.

Ваш отзыв

Сочинительство

Поиск

Август 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июл    
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Изданные книги