Анатолий Чернов-Казинский

Родился 7 октября 1941 года в селе Казинка Шпаковского района Ставропольского края. Отсюда и «приставка» к его фамилии, ставшая литературным псевдонимом – «Казинский». Анатолий Михайлович   член Союза журналистов России. Как внештатный автор печатается в СМИ на протяжении полувека. Его любимые темы – историческая и военно-патриотическая. Он многолетний  ведущий рубрики «По старым улицам пройдусь» в краевой газете «Ставропольская правда». В 2012 году А.Чернову-Казинскому присвоено звание лауреата федерального литературно-художественного конкурса «Золотое перо границы». С «глубокой юности»  автор  увлечен  «коллекционированием» и публикацией смешных,  курьезных случаев, свидетелем которых он был или произошедших с ним лично, а также зарисовок «с  натуры», сатирических миниатюр, которые ему удалось дважды собрать «под одной крышей» – в сборниках «Диван на свиных ножках» (1998 год) и «На качелях юмора» (2012 год).  В последние годы Анатолий Михайлович увлекся литературными пародиями. Часть их написана на стихи Виктора Вовка и Ивана Наумова, творчество которых уже представлено на этом сайте. К этому увлечению пародиста сами поэты относятся вполне благожелательно и благосклонно.

ПАРОДИИ

(пародизы, подражания, пересмешки)

* * *

Я, слегка захмелев, лег,

Придя на поляну…

Солнце зло и свежо

Мне светило в глаза…

Здесь мы пишем стихи

В паре с дядей Иваном.

(Иван Наумов. «Я, слегка захмелев….»

Из сборника стихов, изданного совместно

с Виктором Вовком в ИПФ «Ставрополье», 2000 г.).

ОДНА НА ДВОИХ

Приняв с Витей подряд

По второму стакану –

В паре с ним сочинять

Мы легли на поляну.

Ни сидеть, ни стоять

Не могли мы по сути…

Стали лежа писать

(Ударенье не путать!)

Было так хорошо

На зеленой постели!

И процесс вдруг пошел:

Стопы, рифмы, хореи…

Солнце зло и свежо

Нам светило в затылки.

«Раздавили» еще

Мы с Витьком полбутылки…

Ах, какие стихи

Родились в травостое!

Похмелившись, мы их

Принесли в «Ставрополье».

Там застыли на миг:

— Не хватили вы лишку?

И одну на двоих

Сгандобили нам книжку.

* * *

С балкона вниз. Без парашюта.

Красиво, ласточкой, в бетон…

Хоть это, может быть, и круто,

Зато какой великий звон!

То ли с обрыва – о Господи! –

Ласточкой вниз головой?

В петлю буйну голову.

Душу – воронью.

Еще далеко до голгофы,

А светит в ночи «Англетер».

(В. Вовк. Из разных стихотворений).

СВОБОДНЫЙ ПОЛЕТ

С обрыва — вниз. В поток бурлящий.

Секунда. Две. Водоворот.

Хоть он, конечно, не парящий,

Зато — в бессмертие полет!

Петля. Записка. Водка. Смута…

И табуретка из-под ног…

Хоть это, может быть, не круто,

Зато в газете некролог.

Под скорый поезд. За мгновенье.

Вдоль рельса. Лучше — поперек.

Визг тормозов. Столпотворенье.

Зато как крик души – гудок!

Опасной бритвою. По вене.

Боль. Забытье. Горячка. Транс.

Не в «Англетере». Не Есенин.

Зато такой же резонанс!

* * *

«А политик старого пошива –

Все равно, что сорванный листок»

(В. Должанcкий. «Политизированная осень».)

ФИГОВЫЕ ЛИСТКИ

Я политик старого пошива.

И меня – не перелицевать.

Чувствую себя я препаршиво,

Прихожу когда голосовать.

А вот раньше, помню, рядом с урной

Красочный висел один портрет.

А теперь становится мне дурно,

Когда вижу страждущих «букет».

И у каждого из них свои программы.

Все грозят с корнями поменять.

Так порою хочется руками

Фиговы листки мне с них сорвать.

Ведь у них, у всех «народолюбцев»

Разница известно только в ЧЕМ…

Воля будь, я б этих словоблудцев –

Выставлял бы просто НАГИШОМ.

Вот тогда, пожалуйста, любуйся!

Их ДОСТОИНСТВА неспешно оценяй.

И из всех, КОТОРЫЙ приглянулся,

Кандидата в ЧЛЕНЫ выбирай!

И, меня тогда, как претендента —

Можно в ряд желающих включить.

Я себя бы и на ПРЕЗИДЕНТА

Выдвинул. Чего там мелочить!

Я бы шел один! Без конкурентов!

Мне бы обеспечен был мандат!

Потому что знаю: стопроцентно-

ЖЕНСКИМ был бы мой электорат!

* * *

Я не хожу по кругу с шапкой.

Мне стоит выйти на крыльцо —

И образ тут же налицо:

Снежок-котенок мягкой лапкой

Щекочет сонное лицо…

(В. Вовк, «Откуда образы мои?»).

ОБРАЗ СНИЗУ

Я не стою с протянутой рукою,

Поутру выйду на балкон —

Соседка сверху надо мною

Стоит в сорочке лишь ночной,

Тряся какой-то балахон.

Другой бы волю дал капризу —

Мол, что трясешь поверх голов?!

Я ж на соседку гляну снизу

И образ сразу же готов.

* * *

Мой каждый стих похож на буриме,

Что пишется на заданные рифмы

Какой уж тут фантазии простор,

Когда концами строк стреножив чувства,

Мне Муза их заранее дает…

(В.Вовк. «Мой каждый стих похож на буриме…»)

СТРЕНОЖЕННЫЙ МУЗОЙ

Я со стихами вышел на простор…

(Как часто всем подсовываем их мы…)

Мы с Музой заключили договор,

Чтоб я писал на заданные рифмы.

Она мне поставляла их исправно.

А я стихи уверенно кропал.

И сборник поэтический недавно

Пусть на двоих, но все-таки издал.

И вдруг дошло, что стал я буримистом.

Коль откровенно – просто рифмачом.

Ведь, восторгаться можно даже свистом,

Но только тут искусство ни причем.

Где образы, фантазии, где чувства?

Прочел все сочиненное — их нет…

Еще раз прочитал, и стало грустно,

А все же я – талантливый поэт.

Вот привели к чему услуги Музы…

(Жил образом крылатого коня…)

Она мне, выдавая рифмы – узы,

Концами строк стреножила меня.

* * *

Парнас далек. Парнас высок,

Когда идешь наискосок.

(И. Наумов. «Парнас высок»).

НАПРЯМКИ, или У ПОПА БЫЛА СОБАКА…

Парнас далек. Парнас высок,

Когда идешь наискосок.

А если двинуть напрямки,

По ходу сбросив башмаки?

Рассвет забрезжил, и – вперед!

Еще и солнце не взойдет,

А ты на самом наверху

И гонишь первую строку:

«Парнас далек. Парнас высок,

Когда идешь наискосок».

А если двинуть напрямки… и т. д.

* * *

Ярких красок хотя бы чуть-чуть

Попрошу у подружки-весны

И, скрывая привычную суть,

Разукрашу тяжелые сны.

Пусть они, забавляя меня,

Оживят мне другую постель,

Над которой в сиянии дня

Колобродила в мае метель:

Заблудившись, мы сделали круг,

Чтоб найти у окольных дорог

Васильками расцвеченный луг

И наш первый, размётанный стог…

(В.Вовк, «Не выцвели краски любви»).

НАКОЛОБРОДИЛИ…

И, представьте, нашли этот стог.

Вдруг во мне сразу что-то упало…

После нас, и подумать не мог —

Сколько здесь же народу бывало!

Разметали все сено вокруг,

Будто стаи волков пробежали.

Васильками расцвеченный луг

Мы, признаться, и тот не узнали.

Но любви колобродил в нас хмель.

Дело было, напомню, весною.

Отыскали другую постель,

Недалече от той, под копною…

ВЕЩИЕ СНЫ, или ЗАГАДОЧНАЯ СМУТА

По мотивам стихотворения Арфы

«Твои дороги… и мои мечты»

(строки поэтессы выделены)

Твои дороги к счастью бесконечны.

А мне его во сне бы увидать…

Но сны ночные очень быстротечны —

Начнешь смотреть, а тут уже вставать…

Июльский день добавил на ладони

Замысловатых линий новый ряд.

И вглядываясь в них до острой боли,

Хочу понять: что мне они сулят?

Все как-то и загадочно и смутно.

Твои дороги вижу на руке…

Идешь ко мне. И вот ты рядом будто.

Мгновение… ты снова вдалеке.

Мои мечты не сбудутся, конечно.

Твои дороги вспять не повернуть.

И лишь от сна я жду надежды вещей.

И вот ложусь. Скорее бы заснуть…

* * *

Наяву тебя уже не встречу,

А во сне, пожалуйста, живи.

Наш последний вечер был расцвечен

Яростным желанием любви.

(В. Д. «Наяву тебя уже не встречу»)

ВО СНЕ И НАЯВУ

Наяву тебя едва ли встречу.

Перспективы встречи не ясны.

Остальным, поверь, я обеспечен:

Снятся эротические сны.

Хорошо жена всегда под боком.

Вот она родная, наяву!

Но боюсь — ее я ненароком

Как тебя, случайно, назову…

* * *

Хочу над городом взлететь,

Держа тебя в своих объятьях.

(И. Наумов, «Хочу»)

НЕБЕСНАЯ РУСАЛКА

Наверно, пять минут кружил

Я над объектом вожделенья.

Как коршун голубя схватил

И мы под облака взлетели.

Я был тогда, скажу, как есть:

Крутым, отчаянным повесой.

Но было в ней, примерно, шесть,

Пудов чувствительного веса.

Я скоро выбился из сил,

Держа ее в своих объятьях.

К несчастью, в воду уронил,

В руках оставив только платье.

Все ж хорошо, что над водой

(Как раз над озером летали).

Русалку с неба чуть живой

Со дна спасатели достали.

* * *

Я устал воевать с любовью,

Принимая постель за окоп…

(В.Викторов, «Я устал воевать с любовью»).

НЕТ, ТЫ НЕ БОЕЦ

Я устал воевать с любовью

И давно ей без боя сдаюсь.

Я устал рифмовать ее с «кровью»,

А другой рифмы нет, как ни бьюсь.

Я в постели, как будто в окопе

Пехотинец со связкой гранат.

Как ни бейся ты в страхе, в ознобе,

Надо воинский долг исполнять.

Как Матросов на амбразуру,

Так и я – в свой отчаянный миг…

Ты гляди-ка, оставил «натуру» —

Неплохой вышел, кажется, стих.

НЕ ТУЖИ

(И. Наумову на его стихотворение «Ежу понятно – я не гений»)

Ну да, конечно, ты не гений.

Да, будь ты им — писал бы в год

Не меньше ста стихотворений,

А может, более двухсот!

А так, ну что — полсотни где-то

Ты выдаешь их «на гора».

Не рекордсмен, но и за это

Ты признан мастером пера.

Да, пишешь ты стихов не много

(Я за тобой давно слежу)

Но, что до образов, до слога…

Да тут понятно и ежу.

Стихи ты пишешь, словно дышишь,

Я даже более скажу:

Без них себя ты и не мыслишь,

Да тут понятно и ежу.

Не только днем рифмуешь строчки.

Ты говорил мне: «Вот лежу,

Вдруг захотелось среди ночи…»

…Да тут понятно и ежу.

А то, что ты не гениальный,

Так ты об этом не тужи.

Конец у гениев печальный.

Да это знают и ежи.

*  *  *

Годы я и раньше замечал,

Но считал их детскою игрою.

(В. Вовк, «Неужели столько лет уже?..»).

ДОИГРАЛСЯ

Годы я, конечно, замечал,

Но по-детски к ним я относился.

А недавно сел и подсчитал,

«Итого» подбил и удивился.

Скоро будет ровно шестьдесят…

Я ж себя считаю пионером!

Месяцы всего лишь пролетят –

И я стану, — во! – пенсионером.

В облаках витал я: я ж поэт.

А на землю грешную спустился –

Оказалось, что уж трижды дед,

И еще при Сталине родился.

То-то замечать стал с неких пор:

Часто с остановками шагаю.

Брошу вдруг на женщину я взор,

А гормоны что-то не играют…

Надо истину простую мне признать,

Горькую, обидную, не скрою:

Годы опрометчиво считать

Детскою, мальчишеской игрою.

* * *

Женщина – прочитанная книга?

А кто ее внимательно читал?

Ну, слава богу, хоть нашелся

Один, кто вник в ее сюжет…

…А этот, вырвав лист начальный,

Завернул селедку на обед.

(М. Мушина, «Женщина — прочитанная книга?»).

КНИГА И СЕЛЕДКА

Женщина – прочитанная книга?

Счастлив тот, кто первый прочитал.

В этом вся и тайна, и интрига.

Высший кайф — вот так бы я сказал.

И второму можно насладиться.

Даже третий с радостью прочтет.

Но уже замызганы страницы

И уже залапан переплет.

А итог? Он может быть печальный:

Кто-то, вникнув в простенький сюжет,

Вырвав из романа лист начальный,

Завернет селедку на обед.

* * *

«В порядочных женщинах верность ценю»

(В. Вовк. Из стихотворения без названия)

О ТРЕХ ЦЕННОСТЯХ В ОДНОЙ

В порядочных женщинах верность ценю.

В красивых ценю я красивость.

В блудливых… понятно, к чему тут клоню —

В таких уважаю блудливость.

Но чтоб эти ценности сразу в одной

Однажды сошлись воедино…

Мечтал я полжизни о встрече с такой.

И встретился. Ночью. Интимно…

И сразу удачи накрыла волна:

Порядочна, очень красива.

И третьим достоинством блещет она —

На редкость, скажу вам, блудлива.

Теперь и строки не создам без нее.

Нет крепче, надежней союза!

Коль интересно, вам имя её? –

Отвечу я коротко – Муза!

* * *

«Ценю путан за непорочность»

(И. Наумов, «Мы все путаны»).

ПУТАНЫЕ ПУТАНЫ

Красивых женщин за уродство

Я до беспамятства люблю.

Спокойных всех за сумасбродство.

И полных всех за худобу.

Ценю я черствых за душевность.

Болтливых – за закрытый рот.

Неверных жен ценю за верность,

А верных за «наоборот».

Я обожаю женщин сильных

За все их слабые места.

Я без ума от сексапильных,

Холодных, как ночная тьма.

Но, может быть, парадоксальны

Слова мои и этот стих.

Поэты, все, увы, путаны

И мысли путаны у них.

* * *

Я забью в сердце штырь,

Закреплю эту суть…

(В. Вовк, «Я забью в сердце штырь…» из серии «Дурака валяю»).

КОЛ В ДУШУ

(из серии «Валяю дурочку…»)

Как поэт я стал зол

На сущность свою:

Загоню в душу кол,

Там его закреплю.

Образ этот сверхметкий

По цене – сто карат!

У меня все же редкий,

Согласитесь, талант.

* * *

Дай мне, старость, воинственной мудрости

Снова годы призвать под ружье!..

…А смогу ли еще? — Ой, смогу…

(В. Должанский, «Почему я завидую юности?..»

ОСТОРОЖНЕЕ, ГОДЫ…

Я призвал их. Построил шеренгою.

Рассчитались: Почти шестьдесят…

Отобрал, начиная от первого,

Приблизительно лет двадцать пять.

Годы детские и подростковые-

Для любви они даже не в счет.

Остальным, что в атаку готовые,

Дал команду:  «За мною! Вперед!»

И рванул! Скорость та же – не меньшая!

И безумных желаний запал!

Что ни год, то я новую женщину

Поражаю огнем наповал.

О, счастливейший миг вожделения!

Упоенье победой! И вдруг…

Вдруг зашкалило, прыгнув, давление.

Я упал: «П о м о г и т е, у м р у!»

А солдаты – года ноль внимания!

Дальше мчатся, меня обогнув.

Никогда впредь не буду заранее

Объявлять я в стихах, что смогу.

* * *

Это прятать от глаз нечестно,

Как скрывать на товары цены.

Вашим грудям под блузкою тесно,

Как певцу на домашней сцене.

(И.Наумов. «Вашей груди под блузкою тесно»).

НЕ СКРЫВАЙТЕ ОТ ПОЭТОВ

Что под блузкою прячете где-то

Я могу еще как-то понять.

Но под юбкой, во тьме, без просвета?

Очень трудно тут вас оправдать.

Не порочность банальная гложет,

Не интимной я связи ищу.

Вдохновленный увиденным, может,

Лучший стих я вам свой посвящу.

* * *

Коль есть талант — ума не надо:

Пиши, твори, литературь…

(В. Вовк, «Поэт мыслит образами»).

НАПОЭТИЛ…

Ум нужен, чтобы ИНЖЕНЕРИТЬ.

И МУЗЫКАНТИТЬ нужен ум.

Он нужен даже, чтоб СПОРТСМЕНИТЬ –

Рекорд не ставят наобУМ.

Едва ли будете вы спорить:

Нельзя, коль пусто в голове —

ВРАЧИТЬ, АКТЕРИТЬ, ПЕДАГОГИТЬ.

И ПОЛКОВОДИТЬ на войне.

А вот, друзья, ЛИТЕРАТУРИТЬ —

Уж это есть моя стезя!

Причем совсем не надо думать,

Вот лишь без ОБРАЗОВ нельзя.

Чуть — чуть, конечно, дарованья.

(Без Божьей искры — никуда).

Предвижу ваш вопрос заранее:

А как же можно без УМА?

Я на вопрос уже ответил.

Вот вам пример, зачем слова:

Я эти строки НАПОЭТИЛ,

Не напрягая «вещества».

* * *

Хоть грамматику в общем-то знаю

И стараюсь все делать на ять,

Но не скрыть естества сиволдая*:

Сам себя не умею склонять!

Скажем, я рекламирую ВОвка

Или все-таки лучше ВовкА?

Ударение – как рокировка.

Не ломалась бы только строка!

(В.Вовк. «Виктор Вовк довольно разный»).

ВИктор или ВиктОр?

Язык русский я, в общем-то, знаю.

Нет резона от вас мне скрывать,

Что в стихах иногда позволяю

Очень смачное слово на «…ять».

Режу, режу себя по-живому.

Сам себя могу просклонять…

Да чего там, «Балладу о доме»

Стоит только одну почитать.

Не скрывая в себе троглодита**,

Размышлять стал с недавних я пор:

Ведь по паспорту значусь как «ВИктор»,

Хотя всё-таки лучше «ВиктОр».

Тут ума много, кстати, не надо –

Рокировка слогами всего.

И я с классиком как бы уж рядом –

Угадали, конечно, его?

*Сиволдай — неотесанный человек

**Троглодит — невежественный, некультурный человек

*  *  *

А хотите, я Вам подарю

Первозданного снега охапку?

(Виктор Вовк. Из стихотворения,

посвященного поэтессе Арфе)

КАПРИЗУЛЯ

Не реально? Напрасно. Я вам говорю

Без интриги и тени лукавства.

А хотите весной подарю

Первых грома раскатов майских?

Не хотите? Ну, что ж, дождя

Подарю вам примерно с ведерко.

И на нем напишу я любя:

«Милой Арфе от Виктора Вовка».

Как же трудно мне вам угодить.

Привередливы все поэтессы…

Разрешите тогда подарить

Из седого тумана завесы.

Ах, боитесь простыть? Вот беда.

Ну, давайте дождёмся мы лета.

От души подарю вам тогда

Пару жарких ночей до рассвета.

Подарю и закат, и зарю.

И волнительно — синие дали.

Нет, я лучше себя подарю,

К вам наведавшись в знойный Израиль.

ПОЭТИЧЕСКИЕ  ПЕРЕСМЕШКИ

* * *

Когда ты с милой в шалаше,

Пора подумать о душе.

Когда ты с ней в роскошной горнице,

Пора подумать о любовнице.

* * *

Напоил. Ограбил. И ославил…

Я такого к стенке бы поставил.

Я б его зарезал, зарубил!

Жаль, что он меня опередил.

* * *

Поэтическая ниша –

Нет надежней этой крыши!

Только лучше (с неких пор)

Коль «крышует» прокурор!

* * *

Бывает случайный прохожий

Нам старого друга дороже!

Порой незнакомка тебе со спины

Куда, как желанней родимой жены.

* * *

Нет победителей и побежденных! —

Не в этом ли победа всех влюбленных?

Победа победой, но сколько измен!

Сколько попавших и сдавшихся в плен!

* * *

Со лгунами будьте строже,

Ведь они нам строят рожи!

Ну, а что тут… мы им тоже,

Можем дать вполне по роже!

* * *

«Наверное» всегда неверное,

Но, правда, не всегда и скверное.

А «мол» — оно какое-то аморфное.

Скажу я больше: полудохлое.

* * *

Задыхается казарма

Без девического ш а р м а.

Казарма тяжко задышала,

На койке… девушка лежала.

* * *

В любую компанию запросто вхож:

За собственный грош да не будет хорош?

Другие ж умеют гульнуть и на славу

Да жаль, не за собственный грош, на халяву…

* * *

Волна любви!.. Но, скажем между нами,

Она пока не шторм и не цунами.

Ударил шторм. Стенанья, визги —

И от любви остались… брызги.

* * *

Хочу любви возвышенной! В горах…

Большой, глубокой, шумной! На морях…

Хочу любви бескрайней я. В степях…

Воздушной, легкой, светлой. В небесах…

* * *

Всего лишь малая толИка…

Зато от мала до велика!

Всего лишь шаг, совсем немного…

Но от печали – до смешного!

НЕВОЛЬНОЕ ПРОДОЛЖЕНИЕ КЛАССИКОВ

«Есть два разряда путешествий»

(Я от Твардовского узнал).

Один – сидеть спокойно в кресле

И вспоминать, что повидал.

Второй разряд — хочу признаться.

Понятна мне его вся суть:

Решив, по-быстрому собраться

И, не простившись, в дальний путь.

…Вот бы рвануть, сорвавшись с места

Прямо сейчас, в разгар весны!

Чтоб отвязаться хоть на месяц

От опостылевшей жены.

Собрать рюкзак бы и умчаться,

На карту даже не взглянув.

От сослуживцев, от начальства.

Ну, хоть на край земли махнув.

Слинять незримо тёмной ночью,

Устроив месяц выходной.

Дать отдохнуть всем, между прочим!

Ну, и себе бы заодно…

* * *

«Любви все возрасты покорны»

Жаль, что органы не все…

* * *

«Выхожу один я на дорогу».

Чуть пройду, сверну и прямо к стогу…

* * *

«Я из лесу вышел, был сильный мороз».

Зачем в него черт меня только понес…

* * *

«Кому живется весело, вольготно на Руси?»

Да всем, кого об этом сегодня не спроси.

* * *

«Я волком бы выгрыз бюрократизм».

Да нет, тут и львиный слаб организм…

* * *

«Не жалею, не зову, не плачу».

Кого винить, ведь сам купил ты эту дачу…

* * *

«Дело было вечером, делать было нечего».

«Ящик» щелкнул, там опять кровавое месиво…

* * *

«Поэт в России – больше, чем поэт!»

Мне это ясно стало сразу,

Когда увидел, как одет,

Поэт, сказавший эту фразу.

* * *

На стихотворение Аhas «Хочу».

Хочу не много и не мало.

Хочу поменьше бы забот.

Чтоб на Канарах отдыхала,

Иль на Багамах круглый год.

Хочу обедать в ресторанах

И не крутиться у плиты.

И чтоб мужчины мне дарили

Подарки, ласки и цветы.

Хочу наряды от Версаче.

Хочу увидеть белый свет.

А не горбатиться на даче,

Хоть, слава богу, дачи нет.

Хочу иметь в швейцарском банке

Я из «зеленых» круглый счет.

И чтоб вокруг меня служанки

И разный прочий там народ.

Хочу солидный, трехэтажный

На море с видом особняк.

И «Мерседес» хочу шикарный,

Или элитный «Кадиллак».

Хочу, чтоб в мире все читали

Мои стихи, в запой, притом.

Чтобы однажды их издали

Весьма завидным тиражом.

Хочу не мало и не много.

Но жажду я у вас спросить:

Ну, подскажите, ради бога:

Как это все осуществить?

* * *

«Я вчера умерла от ревности,

Но, естественно, не совсем»

(Из стихотворения Нинель Мерлин

«Я вчера умерла от ревности»)

Я вчера умерла от верности,

Но, естественно, не совсем.

Ах, уж эти моральные ценности…

У меня с ними мало проблем.

Я вчера умерла от бездарности,

Но, естественно, не совсем.

По успеху и популярности

Фору дам поэтессам всем.

ИЗ УСЛЫШАННОГО И УВИДЕННОГО

Серые птички

На углу студентки-медички.

Так халатики им идут .

О своем щебечут птички

С сигаретками во рту.

Стройны! Грациозны! Газели!

А лица уже посерели…

Запамятовала…

Сто десять бабушке Ане.

За столом гости все званы.

Именинница к дочурке:

— Подай мой паспорт, он на печурке.

Хочу проверить.

Кажется, мне только сто девять…

Рекордсмен

— Ты сколько женщин завоевал?

Смутился я, но все-таки назвал.

Он захохотал раскатисто и громко:

— Да я нередко за день столько!

Задом – наперед

Бывает так: проснешься утром,

А тапки задом – наперед.

И сразу ясно: будет худо –

Вот так теперь весь день пройдет.

Вбегаю в ванную побриться –

Ну, а на кухне завтрак ждет.

А где лицо? Давай крутиться.

Тьфу! Стою – то задом —  наперед.

Опять вот лифт застопорился.

Да нет, скрипит, но все ж идет.

Ну, наконец-то, он открылся.

Но только задом — наперед.

Вниз по ступенькам. Вспоминаю:

Ведь ровно в девять мой отчет.

Сегодня, если опоздаю,

Начальник в пыль меня сотрет

С трудом огромным влез в троллейбус.

Но как он медленно ползет!

Гляжу в окно — вот это ребус:

Так он же задом – наперед!

Все, опоздал. Отчет хватаю,

А шеф, конечно, взглядом жжет.

Я текст уверенно читаю,

Но только…задом —  наперед.

Закончен день, домой шагаю

Пешком. Тоска всего гнетет…

К тому ж нежданно замечаю –

Иду я задом – наперед.

Ну, вот и ночь. Не сплю, верчусь я.

Процесс, вдруг чувствую, идет…

К супруге ласково: мол, Дуся…

Она же задом – наперед.

Спиной, короче, повернулась.

Вот не везет, так не везет!

И тут фортуна отвернулась –

Ночь тоже задом – наперед.

Достали тапки. Все, решаю:

Лишь только утро настает,

В мусоропровод их кидаю:

Туда их!  Задом – наперед!

комментариев 5 на “Анатолий Чернов-Казинский”

  1. Злобный Мышалет пишет:

    Можно я обстоятельно напишу?
    Окейно.
    Оговорюсь сразу — не имею ни малейшего литературного образования, просто хаотично много читаю.
    Пародии мой любимый жанр, поэтому вдвойне приятно их оценивать.
    Пародия «Одна на двоих» как таковая представляет собой весьма приятный дружеский шарж, веселую зарисовку, и даже содержит юмористический сюжет. Я всегда это ценю. Но это не пародия. Пародия имеет цель высмеять отдельные недостатки авторского стиля, текста, рифм, образов или всего замысла. Как если бы стучали к девушке окно тяпкой, вызывая ее на свиданье. У ваших друзей со стихами все в порядке, потому у вас и не пародии, а шуточные и иронические стихи.
    Пожалуй, ВИктор или ВиктОр идет за пародию. Смешно, не обидно и цель пародиста достигнута.
    Книга и селедка — смачный анекдот. Посмеялись над автором от души. Автор съюморил очень топорно, вы довели мысль до абсурда. Это удача для пародиста.
    От всей души желаю удачи в творчестве. Машу крылом.

  2. Виктор Вовк пишет:

    Нам без юмора, право, нельзя:
    Проза жизни – без острого слова.
    Оттого, дорогие друзья,
    Я ценю пародиста Чернова!

    Чтоб мои не скучали слова
    Да не куксились, старые клячи,
    Друг Казинский, сорвиголова,
    Распалит их характер горячий.

  3. Анатолий Чернов-Казинский пишет:

    Да, я могу над В.В «поизголяться»,
    Нередко — всего лишь над одной его строкой.
    Но «таланты истинны на критику не злятся»,
    А все другие — «контингент» не мой.

  4. Николай Марьевский пишет:

    Хочу сказать,что пародии на стихи ставропольских поэтов у Чернова-Казинского получились довольно профессиональные и авторы могут быть только благодарны ему за пропаганду их творчества. МАРЬЕВСКИЙ

  5. Анатолий Чернов-Казинский пишет:

    Слова мне эти Ваши лестные
    Легли на сердце, признаюсь.
    За тех,чьи имена давно известные,
    Принципиально не «берусь».

Ваш отзыв

Сочинительство

Поиск

Июль 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июн    
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031  

Изданные книги